26.11.2011 С ПРИЦЕЛОМ НА БУДУЩЕЕ

 С ПРИЦЕЛОМ НА БУДУЩЕЕ

Пьер Райнеро, директор по стратегии, наследию и образу марок Cartier и gimp редактора рассказывает о том, как богатое наследие марки отражается на ее нынешних успехах.

Во время Салона высокого часового искусства в январе этого года «Картье» представила великолепную по своему богатству и разнообразию выставку исторических часов марки. Переходя от витрины к витрине, задерживаясь исключительно на прочтение подписей к экспонатам, в трех залах выставки можно было провести несколько часов. За возможность наслаждаться красотами дивной механики следует благодарить в основном Пьера Райнеро, директора по стратегии, наследию и образу марки. Райнеро работает в «Картье» c1984 г. и отвечает в компании за все, что связано - понятное дело - со стратегией марки, с ее образом в глазах окружающих. Он также возглавляет отдел наследия; как глава этого подразделения он следит за постоянно растущей коллекцией марки и общается с крупнейшими международными музеями и культурными центрами по поводу выставок, посвященных творениям «Картье».

Пьер Райнеро - один из самых замечательных собеседников, что мне доводилось встречать когда-либо. На любой вопрос он отвечает так, словно готовился заранее; ему нечего скрывать, он открыт и честен в своих оценках, слушать его - сплошное удовольствие. Надеюсь, прочитав это интервью, вы со мной согласитесь.

Какие модели из сегодняшней коллекции «Картье» могли бы, на ваш взгляд, лет через 50 стать экспонатами музея компании?

Знаете, это интересный вопрос - я и сам его себе постоянно задаю, когда мы что-нибудь разрабатываем. Иногда мне коллеги говорят, что, мол, вот это точно войдет в анналы. Я же думаю, что главные критерии «исторического отбора»это не только дизайн и качество исполнения, но и уникальность, беспрецедентность. Когда возникает что-то абсолютно свежее, чего еще никогда не было, тогда я вижу: у нас зарождается новое направление. И тогда действительно можно быть уверенным, что когда-нибудь эта вещь приобретет историческую ценность первоисточника. «Смотрите,будут говорить,вот с чего все начиналось».

Еще один критерий - он, правда, тесно связан с первым - это оригинальность, даже можно сказать, экстравагантность изделия. Например, я уверен, что «Астрорегулятор» в историю войдет: предложить замену турбийону - шаг очень смелый. Вообще, смелость, нетривиальность мышления «Картье» свойственна. Зачем вносить косметические изменения в старое, когда можно заменить его новым? Это, конечно, трудная задача, но Кароль, наша разработчица механизмов, прекрасно с ней справилась. Так что «Астрорегулятор» точно станет экспонатом.

Что еще? Наверное, все модели из серии «Метье дАр», особенно с полупрозрачной эмалью. И, наверное, многие ювелирные модели, которые выпускались в одном экземпляре. Причем я имею в виду не только серию с животными. Кстати, идея украсить часы изумрудом была моя. И хотя я, конечно, видел чертежи и эскизы, наши мастера меня удивили: часы у них вышли такими... плавными, что ли. Какой переход между металлическим корпусом и жемчужным браслетом! Часы небольшие по размерам, дизайн у них неброский, но очень изящный, очень благородный. Они прекрасно сидят на руке. Так что я считаю, это настоящее достижение, причем полностью отвечающее духу «Картье».

А вот часы «Тутти Фрутти» в историческую коллекцию я бы, наверное, не включил. Потому что «Тутти Фрутти» принадлежит прошлому. Знаете, интересная вещь объем и размер. Сегодня мы работаем не с теми объемами, что раньше: изменилось восприятие, глаз стал видеть объемы по-другому.

Вот эти часы мне нравятся оригинальным подбором цветов. Получилась какая-то «ледяная» палитра - очень интересная и свежая. Одним словом, как я уже говорил вначале, историческое значение приобретают те вещи, которые вносят в наш модельный ряд какую-то новую струю.

Есть история, и есть наследие. Многие марки с историей тем не менее наследием не обладают. Однако иногда эти два понятия смешиваются. Не могли бы вы объяснить, в чем разница между историей и наследием?

На мой взгляд, основное различие - это актуальность. Если ваша история для сегодняшнего дня неактуальна, значит, наследием она не стала. Что мне нравится в «Картье»ее мастера всегда работали с прицелом на будущее. И Луи Картье, и Жанна Туссен, и сами дизайнеры исходили из того, что любое новое изделие должно быть рассчитано на дальнейшую эволюцию. Не замыкаться на самом себе, а порождать все новые и новые перевоплощения. Если всегда держать в уме этот принцип, связь между прошлым, настоящим и будущим не ослабнет. Вот тогда и получится, как вы говорите, сочетание истории и наследия.

Само собой, специалисты «Картье» обращаются к архивам, черпают вдохновение в прошлом. Но ведь просто копировать старое нельзя. Так что именно ваши сотрудники ищут в архивах - идеи, методы работы или что-то еще?

Тут, действительно, нужна крайняя осторожность. Нельзя становиться жертвой собственного наследия, да и истории тоже. Все должно быть новым. Если мне приносят эскиз, и я вижу, что вещь явно срисована со старой, что никаких свежих идей нет, я его бракую. Мы не должны повторяться. Именно для этого нужна небольшая дистанция между настоящим и прошлым. Я уже как-то сравнивал нашу работу с языком: если мы используем существующий словарь, наша задача - сочетать слова динамично, по-новому. Вот почему я, к примеру, так доволен нашими ювелирными часами: хотя некоторые элементы, такие как стилизованные цветы, заимствованы из индийской культуры, из эпохи Великих Моголов, способ исполнения здесь совершенно уникальный. Звенья браслета, платиновые элементы между звеньями - все это реализовано по-новому. Более того, раньше изготовить подобную вещь было технически невозможно. Несколько слов о том, как у нас организован производственный процесс. Не обо всем можно судить по эскизам. Поэтому у нас дизайнеры обычно отвечают за изготовление вещи от начала, от согласования эскиза, и до конца. Они регулярно наведываются в мастерскую и следят за тем, как идет работа. А ко мне или к Бернару Форна обращаются только в серьезных случаях: скажем, не могут найти общий язык с мастерской. Поэтому, если с изделием что-то не так, в этом отчасти виноваты и дизайнеры: если мастера отклонились от их замысла, они должны были поставить нас в известность. Мы с дизайнерами обсуждаем только то, что должно получиться на выходе. По-моему, это очень удачная практика: чем дольше дизайнер работает по такой схеме, тем лучше он понимает, что от него требуется, и тем меньше ему надо подсказывать. Еще раз вернусь к своей мысли: в любом новом изделии должна быть какая-то изюминка. Если это старый вокабуляр, значит, его надо использовать по-новому. И, конечно, вещь должна быть актуальной для сегодняшнего дня. Я уже упоминал размеры: сегодня мы работаем с другим пропорциями, другими объемами. Старые масштабы неактуальны. Но, разумеется, математически точно определить грань, за которой традиция переходит в подражательство, невозможно. Одобряя или отклоняя проект, я во многом полагаюсь на чутье. Крометого, бывает, что некий эскиз содержит довольно явные отсылки к прошлому, но мы все равно даем добро, если вещь уж очень удачная. Тут, конечно, надо чувствовать.

Говорят, роскошь немыслима без исключительности. Но «Картье»огромная компания, и у ее клиентов самые разные возможности и запросы. Не страдает ли от такого положения вещей образ «Картье» как роскошной марки?

Исключительность важна, но с ней надо быть осторожнее. Ведь за этим словом стоит не только элитарность, безупречное качество, но иногда и тщеславие. По-настоящему исключительны только те вещи, которые при всем желании нельзя делать в большом количестве, такие как Calibre de Cartier. Спрос на него намного превосходит наши возможности. Но в нем стоит фирменный механизм, и поточным методом его не изготовишь. А искусственно ограничивать объем, выпускать нумерованные серии, скажем, по десять экземпляров - это от лукавого. Ну да, получается коллекционная вещь, ну и что?

Вот почему исключительность, на мой взгляд, понятие относительное. Для каждого сегмента рынка, для каждой категории товаров должно быть свое представление о том, что считать выдающимся. Я считаю, один из главных признаков исключительности - это не мелкосерийность, а ощущение того, что в изделие вложено много внимания и заботы. Взять, к примеру, кольцо Trinity. Оно очень простое, но все равно на заключительном этапе его приходится подгонять и полировать вручную. Хотя, казалось бы, вещь самая непритязательная, не то что высокосложный калибр. У нас две фабрики выпускают их в довольно большом количестве: одна в Швейцарии, другая во Франции. Но люди знают: в этих кольцах есть ручная работа, и для этого типа изделия они все равно выполнены на высочайшем уровне.

Одним словом, дело не в количестве штук, а в страсти, вложенной в труд. И я это говорю не к тому, чтобы побольше продать, а вполне искренне. Я действительно в это верю. Самое главное - чувство, которое вещь вызывает у владельца. Ведь не все же какие-нибудь индийские махараджи или русские олигархи, но каждому приятно иметь исключительную вещь. В этом, на мой взгляд, смысл нашей работы.

Если Вам нужны тексты шансона для того, чтобы исполнить их перед своими гостями, то заходите на сайт shanson-text.ru! Читайте, комметируйте, скачивайте!